Привет, Гость ! - Войти
- Зарегистрироваться
Персональный сайт пользователя Тайлер Дёрден: malchig.www.nn.ru  
пользователь имеет статус «трастовый»
портрет № 100750 зарегистрирован в 2008 году

Тайлер Дёрден

он же Angela Davis по 14-12-2013
он же Тайлер Дёрден по 06-09-2013
он же Малчиг с сабакай по 16-07-2013
он же Angela Davis по 13-06-2013
популярность:
40353 место -7↓
рейтинг 251 ?
Портрет заполнен на 44%

    Статистика портрета:
  • сейчас просматривают портрет - 0
  • зарегистрированные пользователи посетившие портрет за 7 дней - 1

Отправить приватное сообщение Добавить в друзья Игнорировать Сделать подарок
Блог   >  

Драка Дрались в детдоме редко....

  06.08.2013 в 09:52   143  

Драка

Дрались в детдоме редко. Когда дрались -- дрались жестоко. Дрались по
правилам. Западло было кусаться, хватать за волосы, вне детдомовского закона
были ножи и кастеты. Если инвалидности были неравны, разрешено было мстить.
Сроки давности на месть не распространялись. Я знал парня, который с
гордостью рассказывал, как толкнул своего обидчика под машину за обиду,
нанесенную полтора года назад. Толкнул неудачно, машина только набирала ход,
удар был несильным. На вечерней сходке нарушитель был оправдан. У того, кто
толкал человека под машину, была только одна рука, у того, кого толкнули,
было две руки и нога. Все честно. Драка была бы невозможна. Мальчик мстил,
то есть поступал правильно. Когда пострадавшего выписали из больницы, дети
даже подружились. Силу уважали. Право быть сильным имел каждый.
Я люблю осень. Осенью в детдом возвращались после домашнего летнего
отдыха счастливчики, те, кого забирали домой на каникулы. Осенью было шумно
и весело, много вкусной еды, интересных рассказов о доме, лете, родителях.
Весну ненавижу. Никогда не любил весну. Весной уезжали на каникулы лучшие
друзья. Весной мы надеялись, что именно в эту весну заберут домой
кого-нибудь, кого не забирали в прошлом году. Все надеялись, даже те, у кого
родители жили слишком далеко, даже сироты. Большую часть дня старались
провести на школьном дворе, возле ворот детдома. Об этом не говорили, просто
ждали, просто надеялись. Я не надеялся, я знал, что за мной никогда никто не
приедет.
В ту осень Серега приехал грустный. Странно было видеть грустного
Серегу. Конечно, все грустили немного после каникул, все скучали по дому. Но
грусть скрашивали встреча с друзьями, новые впечатления, новые учебники. Мы
переходили из класса в класс, взрослели.
Серега, безногий парень-переросток, приехал к нам в палату на своей
тележке. Хотел посоветоваться с пацанами. Говорил он в основном с Генкой.
-- Мне драку назначили.
-- Сергей, ты -- самый сильный в детдоме. Все это знают. Кто решится
драться с тобой?
-- В том-то и дело, что это не в детдоме, это там, на воле.
-- Из-за чего драка?
-- Из-за женщины. Сказали, что в гроб загонят, уроют. За день до
отправки в детдом. Сказали, если весной дома покажусь -- убьют.
Все знали, что Серегу на воле ждала девушка. Здоровая. Нормальная
красивая девушка. Наши девочки даже не пытались заигрывать с ним. Знали,
что, когда Серега закончит школу, он женится на своей девушке.
Про женщину Генка не спрашивал. Это было не принято. Захочет парень --
сам расскажет. Не захочет -- его дело.
-- Не знаю, что тебе и посоветовать. Я на воле никогда не был. Он
сильный?
-- Конечно. Старше меня на год, в ПТУ учится.
-- Тогда тебе хана. Убьет он тебя. Ногой ударит и запинает до смерти.
-- Сам знаю. Но драться надо.
Генка задумался. В детдоме умнее Генки никого не было. Генка и сам это
знал. Это детдом. Правду скрыть очень трудно. Все про всех все знали. Мы
знали, кто в детдоме самый сильный, в каком классе учится самая красивая
девочка.
-- Знаешь, Сергей, я думаю, шанс у тебя есть. Маленький, но шанс. Его
надо повалить на землю. Если упадет -- кидайся душить. У него на две ноги
больше, он сильнее. Выхода у тебя нет.
Серега и сам знал, что выхода нет. С этого дня он начал "качаться". В
тот год "качались" все. На школьном дворе установили турники, электрик с
учителем физкультуры сварили из металлических труб несколько примитивных
тренажеров. Пьянок стало гораздо меньше. Учителя были счастливы -- почти все
свободное время дети проводили на школьном дворе. Серега, авторитетный
парень, бросил курить -- те, кто решил качаться, бросили курить тоже. Потом,
правда, многие сорвались -- закурили. Серега не сорвался.
Каждый день. По часу утром, по два часа вечером, по четыре часа в
субботу и воскресенье. Девять школьных месяцев детдом "качался".
Те, у кого не было одной руки, накачивали мускулы единственной.
Внезапно стали носить протезы. Бесполезные пластмассовые имитации рук стали
действительно необходимы. По мере тренировок в протез наливали свинца, чтобы
не повело спину, не перекосило позвоночник на здоровую сторону. При этом сам
протез становился неплохим оружием в драке.
В детдоме жил безрукий парень. Рук у него не было совсем. Те, у кого не
было только кистей рук, могли развивать свои культи для драки в протезах. Он
не мог носить протезы. Его протезы, бесполезные игрушки, только мешали, и он
их не носил совсем. "Качался" он больше всех, даже больше Сереги. Садился на
табуретку, засовывал ноги под шкаф и откидывался назад, касаясь затылком
пола. "Качался" всегда. Даже выполняя домашние задания. Учил стихи, повторял
пройденный на уроках материал и качался, говорил, что так все запоминается
лучше. По вечерам он долго бил пятками по подвешенной на стене газетной
подшивке. Подпрыгивал, бил пяткой в газету, отскакивал и бил снова. Каждый
день гордо срывал зубами с подшитой пачки одну газету. Однажды, когда
газетная стопка на стене стала заметно тоньше, во время очередной тренировки
со стены посыпалась краска, газетная подшивка сорвалась с гвоздя. Он
продолжал яростно бить пятками в голые кирпичи. Пришли взрослые, покрасили
стену, ругать не стали, понимали, что он не нарочно. Со смехом посоветовали
ему тренироваться на бетонной стене гаража. Безрукий просыпался раньше всех,
выходил на улицу и бил ни в чем не повинную бетонную стену. Теперь он мог
тренировать ноги и по утрам, не нарушая утреннего сна остальных. Сильный
парень.
У Сереги руки были. Он нормально развивал свое тело. Только когда
подтягивался на турнике, надевал на спину рюкзак. Сначала в рюкзаке лежал
небольшой груз для компенсации веса отсутствующих ног, затем Серега начал
добавлять в рюкзак гантели. Но и с тяжелым рюкзаком на спине он мог
подтянуться больше сорока раз за один прием.
Идея с рюкзаком понравилась даже учителю физкультуры. Он тоже стал
приходить на тренировки с рюкзаком. В обязанности учителя физкультуры
входило проводить с детьми утреннюю зарядку, на уроки физкультуры все равно
почти никто не ходил. Но в тот год учитель физкультуры стал самым главным
учителем в школе, более значимым, чем учитель математики. Он очень сильно
помогал парням, сам придумывал тренажеры для инвалидов. Предостерегал от
перегрузок, читал длинные лекции по анатомии. Хороший учитель.
Гордостью Сереги стали его толкучки. Толкучками называли небольшие
дощечки с ручками, которыми безногие инвалиды отталкивались от земли,
передвигаясь на низеньких тележках с подшипниками. Серега свои толкучки
сварил сам на уроке труда из алюминиевых трубок. Легкими алюминиевые
толкучки с резиновыми подошвами оставались недолго. Каждый вечер Серега
разжигал на школьном дворе небольшой костер, плавил свинец и заливал немного
в свои толкучки. Толкучки с каждым днем становились все тяжелее. Он
пользовался ими как обычно. Как всегда катался по территории детдома на
своей тележке, только теперь он всегда имел под рукой удобные гантели. К
весне каждая толкучка весила ровно по пять килограммов. На пяти килограммах
Серега решил остановиться.
На летние каникулы Серегу провожали тихо. Мы видели, что за зимние
месяцы тренировок Серега сильно окреп, но это абсолютно ничего не значило.
Каждый раз, когда Серега добивался какого-либо результата, мы понимали, что
этого все равно мало, слишком мало. Серега тренировался каждый день, но было
абсолютно ясно, что где-то там, в его родном городе тренировался враг,
накачивая каждую мышцу своего целого тела. Когда Серега впервые смог
подтянуться на турнике пятьдесят раз, мы были уверены, что соперник его
подтягивается никак не менее ста, Серега выжимал левой рукой гирю восемь
раз, его соперник -- раз двадцать.

Лето прошло быстро. Еще одно детдомовское лето. Осенью, как всегда,
родители привозили детей в детдом. Привезли и Серегу. Про драку никто не
спрашивал, Серега не рассказывал. Только как-то раз, когда Серега в
очередной раз пришел к пацанам, Генка спросил его, только намекнул. Ввернул
что-то неопределенное про летний отдых. Серега понял быстро, смутился,
опустил глаза. Отказать Генке было неудобно.
-- Не было драки, -- негромко сказал Серега. -- Не было. В первый
вечер, как домой приехал, нашел его. Они с каким-то парнем стояли, курили. Я
его спросил, помнит ли он меня, он ответил, что помнит. Тогда я ударил его
со всей силы толкучкой по коленке. Нога сломалась, вывернулась назад. Он
упал. Закричал сильно, маму стал звать. Я ударил его в живот пару раз. Он
захрипел. Развернулся к другу его, думал, с двумя драться придется, а друг
уже взрослых побежал звать. Стукач. Прибежали, врача вызвали. Спрашивали,
чем я его так отделал, ответил, что руками. Шум был. У него в кармане
действительно нож лежал.
-- А потом?
-- Потом ничего. Его отец к нам домой пришел. Сели они с моими, выпили.
Я его отцу все честно рассказал. А с тем парнем мы потом познакомились.
Нормальный парень, только слабый. Он все лето на костылях проходил. Странно,
я его на рыбалку звал, а он ответил, что ему не разрешают далеко ходить на
костылях. И родители у него странные. Я им пытался объяснить, что у нас
полдетдома на костылях ходит, они не поняли. А рыбалка хорошая в это лето
была. Я щуку поймал. Хорошая рыбалка.
Вечером пацаны долго спорили. Никак не могли понять, почему тот парень
со сломанной ногой не дрался, ведь у него еще оставались две целые руки,
здоровая нога, да и нож в кармане. Странный он, и друг у него странный.